Em D Em
Под черным мостом, где сплетаются главные нити,
С D Em
Где рыбы священные пахнут от страха и злости,
Там встретились ангел-мздоимец и демон-хранитель,
Чтоб вечером после суда поиграть в чьи-то кости.
Поставили на кон какую-то душу - и круто,
Судьбу замесили в ознобе морского азарта,
И в четком чаду, не жалея ни брата, ни Брута,
Под пот "Абсолюта" - икра и дробленая карта.
Припев:
Am Em
Пошла игра тут, пошла игра там,
С D Em
Пошел блюзом дым, пошла кожей дрожь.
Am Em
Четырнадцать вето на семьдесят бед,
С D
О я сам по себе, я сам по себе,
D D D Em
Е трожь, не трожь, не трожь, не-а...
Портреты стерпевших и влажность, как в камере пыток,
И каждый был прав, подвизаясь на собственной ниве,
О демон тогда проиграл и рога, и копыта,
А ангел хитрил и остался при крыльях и нимбе.
Мангустово ложе в змеиных протравленных блестках,
Сменившим купейность перин на плацкартные маты,
Я сам этот миг прозевал на зыбучих подмостках
И видел в лубочных березках живые стигматы.
Припев.
Asus2 Em
Е трожь меня, небо, не трожь меня, яма,
Под гроздьями гнева на острове Ява
Я видел из чрева заплечного хлама,
Как книжная Ева листает Адама,
И я понял, что я отпрыск Лилит, и, знаешь, это болит!
Solo: (by Dmitry Jemerov)
G 7 7
D 9 7 9 9 7 9 9 7 9 9 7 9
A 7 7 10 7 7 7 10 9
E 10
Что знают о жизни два этих бессмертных животных?
Что помнят они о расплавленных трением душах?
Что могут прочесть в своих жалких скупых подноготных,
В подвалах их рвотных и в мягких надснежных баклушах?
У входа в чистилище жирно и пахнет озоном,
В подробностях жизнь, значит, смерть - это смерть каждой буквы.
Кипящий бульон из меня называя "музоном",
"Зачем ты поешь?" ухмылялись мне чертовы куклы.
Одной ногой здесь, одной ногой там,
Одним блюзом в раж, другим блюзом в ложь,
Четырнадцать веток на дереве бед,
О я сам по себе, я сам по себе,
Е трожь, не трожь, не трожь,
Е трожь меня, темень, не трожь, свет закона,
Я вышел из тела под хруст Рубикона,
Из бледного тела, из смуглого лона,
Из водораздела Адама-Кадмона,
Мы, видимо, дети Лилит, и знаешь, это болит!
